Всегда платить за всё. За всё платить сполна.
И в этот раз я заплачу, конечно,
За то, что шелестит для нас сейчас волна,
И берег далёко, и Путь сияет Млечный.

Душа в который раз как будто на весах:
Удастся или нет сравнять ей чашу с чашей?
Опомнись и пойми! Ведь о таких часах
Мечтали в детстве мы и в молодости нашей.

Чтоб так плечом к плечу, о борт облокотясь,
Неведомо зачем плыть в море ночью южной,
И чтоб на корабле все спали, кроме нас,
И мы могли молчать, и было лгать не нужно…

Облокотясь о борт, всю ночь, плечом к плечу,
Под блеск огромных звёзд и слабый шелест моря…
А долг я заплачу. Я ведь всегда плачу.
Не споря ни о чём… Любой ценой… Не споря.

Анатолий Штейгер

Прочитала сказку — незамысловатую, но почему-то она меня впечатлила, а перевод я сходу не нагуглила. Поскольку хочется поделиться, решила кое-как перевести сама.

Мне однажды, давно, коллега так с пиететом сказал, что очень впечатлён, какая я начитанная (не помню точно формулировку). Я слегка удивилась. Я особо, как мне казалось, о литературе-то на работе не распространялась — как-то повода не было :).

Оказалось, произвести впечатление очень просто :). Он сказал, что как-то раз зашёл на кухню, когда я обсуждала со Славой какую-то книгу — причём, сразу видно, что серьёзную.

А обсуждали мы Коупленда. Конкретно: Слава сказал, что Коупленд — это такой канадский Пелевин. А я заметила, что после «Жизни после бога» так уже нельзя сказать.

Это всё )).

В автомобильных пробках дочитали воспоминания Шварценеггера.

Очень интересно и есть о чём подумать.

Последняя часть книги, когда он рассказывает о своей политической карьере, немного скучновата, правда. Во-первых, речь идёт о вещах, которые нам часто не совсем понятны, так как относятся сугубо к американской политической системе. Во-вторых, там ну очень подробно всё, и часто повторяется даже одно и то же — видимо, потому что воспоминания ещё очень свежи. В остальном же всё очень увлекательно.

Я очень люблю людей цельных и целеустремлённых (я сама катастрофически не такая), и мне всегда интересно про них читать. Шварценеггер — человек замечательно цельный, фантастически целеустремлённый, да вдобавок трудоголик. Прочитаешь эту книгу — и вместо стандартного вопроса: «А чего добился ты?» — задаёшься вопросом: «А что ты сделал, чтобы чего-то добиться?» — тут становится грустно и хочется поспать :). Однако книга вдохновляющая. Думаю, что есть люди (ну, цельные и целеустремлённые), которых она реально мотивирует на что-то большое.

Книга издана богато на вид, но перевод, корректура и редактура, оставляют желать очень много лучшего. Очень много опечаток. Небрежность просто зашкаливающая; издательство Эксмо откровенно гонит халтуру, позор.

Другого издания, к сожалению, нет, поэтому рекомендую это :). Ну или почитайте по-английски. Увлекательно. Любопытно. Полезно.

Прекрасно, замечательно! Не так много действительно толковой литературы о не плохих и не хороших — Средних веках. И мне очень нравится идея книги: рассказать о каком-то конкретном периоде в истории (условно — 1185 годе) не в одной стране, а сразу в масштабах континента. Меня всегда поражало, когда я обнаруживала, что к Елизавета I, например, сватались Иван Грозный и брат Карла IX Франсуа... И вот, пожалуйста: Ричард Львиной Сердце, Барбаросса, Саладин, князь Игорь, Андроник I Комнин и ещё всякие личности Востока, имена которых я уже забыла, — все рядом, все в одной эпохе и все в одной книге.

В своём повествовании автор движется, условно, по Великому шёлковому пути, с Востока на Запад. Восточные главы местами интересны, местами поучительны (например, фантастическая история Джаявармана), но мне их было читать тяжеловато из-за обилия труднозапоминаемых имён :(. Но чем дальше на Запад, тем увлекательнее (притом что Игорь Можейко, он же Кир Булычёв, — востоковед).

Не могу не похвалить издание. Пусть, грамотная речь — заслуга автора. Но там и опечаток нет! Круто, спасибо!

Когда-то в средней школе мне было очень скучно и муторно на уроках истории, пока я не обнаружила, что это безумно увлекательная и очень полезная штука, если не зацикливаться на датах и фамилиях, а изучать и анализировать процессы. С тех пор я полюбила этот предмет, хотя нормальная учительница истории у меня была только в последнем классе. И я люблю хорошие исторические книги, тем более, что у меня очень плохая память ))). Но действительно хороших книг, к сожалению, мало... с тем большим удовольствием я рекомендую «1185 год».

Читаю воспоминания Кропоткина. Никогда в жизни бы мне это в голову не пришло — кто-то посоветовал; пока книга приехала, да пока до неё очередь дошла, забыла, кто именно, а жаль, потому что ему спасибо.

Очень интересно! И вот как-то думается, что господин Зорькин не читал их. Либо забыл очень прочно.

Правда, пока про детство да про юность — это часто хорошо выходит у мемуаристов... посмотрим, что дальше!

Как и обещала, прочитала вторую книгу Халеда Хоссейни. Надо сказать, эта гораздо лучше пошла. Прочитала до конца с практически не ослабевающим интересом.

Очень трогательная история о судьбе афганских женщин в период катаклизмов. Самое неприятное то, что понимаешь: всё как-то более-менее так вполне бывает в жизни. Вот ты училась в школе и собралась поступать в университет — а вот ты уже ходишь в бурке. Вот ты преподавала в школе и учила детей, что женщины не должны закрывать лицо, — а вот ты уже ходишь в бурке. Вот ты росла девочкой-цветочком и мечтала о чём-то прекрасном — а вот ты уже ходишь в бурке. Короче, ты ходишь в бурке, и всё тут.

И не так важно, кто там именно захватывал власть и как надолго. Всё это в книге упоминается, и даны примечания, кто есть ху, но я примечания не читала даже. Герои книги сами нифига не понимают, кто там за кого и кто чего хочет, они там как-то выживают, в бурках своих, как-то крутятся, за что-то борются своё личное — ну что поделаешь, если личное оказывается всё наперекосяк из-за общественного.

Конечно, всё это очень мелодраматично, но искренне. Порадовало, что автор не мажет отрицательных персонажей одной чёрной краской, а находит и для них какие-то оттенки. В общем, ничего не вызывало серьёзного неприятия; всё вполне читабельно. А самое главное, в этой книге я почувствовала, что автор любит свою страну и любит Кабул; именно этой любовью пронизана книга. И он заставляет читателя тоже полюбить Кабул и, несмотря на все ужасы войны, почувствовать в нём тысячу сияющих солнц.

За эту любовь — однозначный зачёт. Рекомендую.

Дочитали, наконец, мемуары Альберта Шпеера. Я читала вслух в пробках, потому так долго.

Это нужно читать буквально каждому, особенно сейчас. Правда, местами жутковато становится, но это ничего. Полезно вовремя ужаснуться и задуматься.

Не могу сказать, что книга особенно блестяще написана — иногда скучновато, мысли повторяются. Перевод явно хромает. Корректор том до конца ниасилил, хотя издание неплохое, на хорошей бумаге, с фотографиями, все дела. Автору не хватает чувства юмора, вернее, умения юморить письменно :). Вроде, он описывает какие-то смешные эпизоды, но всё это с такой катастрофической серьёзностью, что не вызывает даже улыбки. Но всё равно это совершенный must read, из всех дневников и мемуаров верхушки Третьего рейха, что мне попались, это пока лучшие и ценнейшие.

А вот эта фотография впечатлила меня больше всех...

Признаюсь, я не очень любила публицистику Александра Подрабинека. Читала, но не очень симпатизировала лично автору. А тут ещё с обложки смотрит вот такая фотка — вы бы купили?

Решилась после нескольких рекомендаций. В самом деле, давно прошли те времена, когда неудачная покупка книги была маленькой трагедией; сейчас у меня скопилось уже достаточно твёрдопереплётной фигни, так что я стала смелее. Хотя, думала я, непонятно, что там должно меня заинтересовать. Никогда я не особо интересовалась диссидентским движением 70-х и интересоваться в ближайшее время не собиралась.

Но, во-первых, мы тут как раз покатились в любезные 70-е, так что книга оказалась куда актуальнее, чем можно себе вообразить. Честно, я до её прочтения даже и не думала, что мы, по некоторым пунктам, уже ТАК близко. Конечно, по многим другим (особенно что касается бытовых условий и потребления) катиться ещё долго, только нужно понимать, что в 70-е вектор развития уже фактически был направлен в другую сторону. В общем, для лучшего понимания современности эта книга бесценна.

Во-вторых, Подрабинек реально хорошо пишет. Много очень смешных страниц, и много очень грустных, и много грустных и смешных одновременно. Я зачитывала Славке вслух большие куски, так они мне нравились. Почти всю толстенную книгу я прочитала с удовольствием.

В итоге получилось, что «Диссиденты» — чуть не лучшая моя литературная покупка за последнее время. Я теперь её осторожно рекомендую знакомым. Некоторым.

Ещё одни блестящие мемуары; на этот раз, театральные. Мне попалось прекрасное издание (букинистическое, конечно) с очень хорошей вступительной статьёй и иллюстрациями, но, вроде бы как, немного сокращённое. Теперь мучаюсь, покупать ли перевод без сокращений... Вроде как, второй раз читать всё-таки скучновато будет. Но, с другой стороны, жалко любого выкинутого (в советском издании) слова...

Конечно, интереснее всего читать эту книгу, когда какое-то представление о балете уже имеется. Я представляю себе, сколько смысла прошло бы мимо меня ещё лет десять назад, когда я не видела балетов, о которых рассказывает Тамара Платоновна, не знала терминологии. Однако и кроме балета здесь много интересного в описаниях дореволюционной жизни и рассказах о великих и просто знаменитых знакомых автора. Благодаря прекрасному языку сам собой рисуется в воображении очень цельный образ мемуаристки, наивной барышни и большой артистки.

Воспоминания очень личные, и в то же время литературные. Они интересны и как исторический документ, и как психологический портрет. К сожалению, мемуары внезапно обрываются с последним выступлением балерины в Мариинском театре в 1918 году. Однако в этом есть и очень мощный психологический приём, ведь и правда, та жизнь, о которой рассказывает Карсавина, оборвалась в этот момент точно так же, как и текст: без предупреждения и без послесловий.

От этого остаётся после прочтения горькое послевкусие. Невозможно не сожалеть вслед за автором об этой оборванной жизни. Но таково свойство хороших мемуаров. «Театральная улица» — ещё одни хорошие мемуары в моей коллекции.