Ещё одни блестящие мемуары; на этот раз, театральные. Мне попалось прекрасное издание (букинистическое, конечно) с очень хорошей вступительной статьёй и иллюстрациями, но, вроде бы как, немного сокращённое. Теперь мучаюсь, покупать ли перевод без сокращений... Вроде как, второй раз читать всё-таки скучновато будет. Но, с другой стороны, жалко любого выкинутого (в советском издании) слова...
Конечно, интереснее всего читать эту книгу, когда какое-то представление о балете уже имеется. Я представляю себе, сколько смысла прошло бы мимо меня ещё лет десять назад, когда я не видела балетов, о которых рассказывает Тамара Платоновна, не знала терминологии. Однако и кроме балета здесь много интересного в описаниях дореволюционной жизни и рассказах о великих и просто знаменитых знакомых автора. Благодаря прекрасному языку сам собой рисуется в воображении очень цельный образ мемуаристки, наивной барышни и большой артистки.
Воспоминания очень личные, и в то же время литературные. Они интересны и как исторический документ, и как психологический портрет. К сожалению, мемуары внезапно обрываются с последним выступлением балерины в Мариинском театре в 1918 году. Однако в этом есть и очень мощный психологический приём, ведь и правда, та жизнь, о которой рассказывает Карсавина, оборвалась в этот момент точно так же, как и текст: без предупреждения и без послесловий.
От этого остаётся после прочтения горькое послевкусие. Невозможно не сожалеть вслед за автором об этой оборванной жизни. Но таково свойство хороших мемуаров. «Театральная улица» — ещё одни хорошие мемуары в моей коллекции.
