Олеся Новикова считается (заслуженно) лучшей Сильфидой Мариинского театра. Это балерина огромного лирического дарования, очень благородного стиля — уникальная звезочка в нынешнем мариинском созвездии.

Конечно, её Сильфида не может разочаровать, это практически совершенное исполнение, где уже ни на какие детали не обращаешь внимания, настолько всё растворяется в образе. Даже когда я смотрела на неё в бинокль, в сцене смерти, танцовщица была совершенно неотделима от девы воздуха. Меня пугало её лицо, исхудалое, полное иконописного страдания — светлого и всепрощающего. Партия эта в репертуаре Олеси давно, выстроена до мельчайшей подробности, продумана до каждого жеста. Блестящая работа.



Очень понравился Филипп Стёпин (Джеймс). Уверенный танец, прекрасная игра и классическая внешность — и прыжок есть, и образ. Несколько лет назад мы смотрели нашу первую «Сильфиду» с этой же парой в главных ролях; я очень хорошо помню те впечатления и, должна сказать, Филипп в этой партии не просто прибавил, а на три головы вырос.



Эффи танцевала Софья Иванова-Скобликова. Она, как мне кажется, хорошо подходит для этой партии по фактуре и очень хорошо играла; в конце первого акта прямо-таки захватывающе. Ещё бы убрать шатания на пируэтах — и вообще классно будет, но, видимо, это уже неистребимо. Не то в этом костюме, не то на фоне Олеси Новиковой показались заметно перекаченными икры; чисто для памяти пишу, интересно будет в других партиях посмотреть.



Прекрасная была Мэдж в исполнении Елены Баженовой; по-моему, ей достались самые громкие аплодисменты, а также самый большой букет. Изумительная пластика, обаяние бабы-яги; её сказочный персонаж несколько разбавлял почти реалистичный драматизм спектакля.





Понравился и Дмитрий Пыхачов в партии Гурна. Получился в меру комичный, довольно симпатичный персонаж. Слава, как обычно, попискивал от восторга при виде Елены Фирсовой (Девочка). Хорошая была четвёрка Сильфид; я ожидала прекрасного исполнения от Ксении Острейковской, но хороши были и Евгения Гонсалес, Лаура Фернандес и Мария Ильюшкина.



Дирижировал Алексей Репников. Оркестр звучал хорошо. Опять появились фотографы со вспышками и затворами; за спиной у нас мужчины-туристы разговаривали в голос; правда, мы на них нашикали во время увертюры, и они вступали в дискуссии довольно редко. Рядом с нами, в ложах бельэтажа, было несколько маленьких детей, которые вели себя идеально, только в момент, когда Мэдж отдаёт Джеймсу шарф, донёсся отчётливый детский голос: «Всё?!» — мне понравилось :). Видимо, с точки зрения ребёнка, Джеймс всё это время мечтал заполучить прозрачную вуальку, для чего за сильфидой и бегал. А самое неприятное в театре — охранник премерзкого вида, который почему-то перестал всех гонять от барьера (и сам на нём сидит), зато теперь увлечённо всех гонит вон из зала по окончании представления. В общем, неудивительно, что занавес не поднимали, да даже и обязательные выходы сопровождались весьма жидкими аплодисментами... Хотя у Олеси Новиковой много поклонников, да и, конечно, этот ансамбль заслуживал более тёплого приёма.

Когда-то Слава решил, чтобы Стрелке некогда было с утра надудолить на пол, выводить собак на улицу, только поднявшись с кровати. Собаки смекнули, что к чему, на второй же раз. Теперь мгновенный выгул — их святое право и Славина святая же обязанность. Он встаёт, выходит из спальни, одевается-собирается и забирает собак, которые, в ожидании исполнения им своего долга, хнычут и ноют под дверью спальни. Глаза Слава открывает когда-то позже, точно не знаю, в какой момент.

Однако от меня они ничего подобного не ждут. Моя святая обязанность — кормёжка. Если я зачем-то встаю раньше обычного (и раньше Славы), собаки лениво вываливаются с кровати и идут просить завтрак. Прогулка им сто лет не нужна; позавтракав, они спокойно дрыхнут и никуда не просятся.

Я тут на днях включила режим «глаз-алмаз» и обнаружила, что банка пива, приготовленная к распитию, как-то слишком стройна. Изучение мелкого шрифта на боку банки показало, что её объём вовсе не 0,5 литра, а 0,45. Измерение окружности талии, в свою очередь, дало результат на 1 см меньше контрольной поллитровой банки.

Такой способ тихонько поднять цены на свою продукцию мне кажется мелким жульничеством. Поскольку у Славы нет встроенного режима «глаз-алмаз», он в магазин будет ходить с разводным ключом :).

Собаки дежурят у в постели больной хозяйки.

Как это делается: фрагмент репетиции «Каменного цветка».

Новые наклейки с разных фруктов: груши, манго, паприка, помидоры, айва, хурма...

Вместе с украшениями приехали ещё забавные вещицы. Например, зажим для денег с фоткой японского шпица (очень похожего на Белочку). Теперь у меня есть сумочка, косметичка, зеркальце и зажим.



Ну и вот такая милаха-визитница :). Все замочки закрываются, красотенюшка.



Щёлкаешь замочками, откидываешь крышку — визитки )).



Отличная идея.

Приехала посылочка, полная мелких приятностей :).



Кучка произведений Barlow, в том числе, редкие браслетики. Виноградная гроздь Nolan Miller — шикарная, с «живыми» виноградинками (очень мне нравится именно в этом цветовом решении). Забавная брошь JJ с часами; правда, подозреваю, что часы добавлены позже. Две редкие подвески Austria. Пара милых брошек Trifari; незабудки — из коллекции 1968 года, давно её искала. Ну и очаровательнейший трамвайчик Tortolani.



Две пары клипс Coro и ещё пара Kirks Folly, с настоящими компасами :). Теперь со мной не заблудишься.



А лежит всё это богатство в оригинальной шкатулке Barlow. Это у меня вторая. Сама коробка, как видите, царапанная, зато медальон — в шикарном состоянии.

Рикусик у нас безбашенный. Попросили Стрелку за ним присмотреть — в итоге пришлось следить, чтобы он из собаки не надёргал пуха для своего матрасика.









К счастью, на этот раз Рик не собирался заниматься матрасиком.



У него были дела поважнее...