Большая тяжесть на душе последние дни... уже совсем скоро мои долбоклювики поедут в новые семьи.
Так получилось.
Бруша уедет очень далеко, аж в Липецк. Это самое тяжелое — такая долгая дорога... надо его как-то ухватить, запихать в переноску, отдать неизвестно кому... и потом сутки ждать новостей... И не объяснить же ему, что надо немного потерпеть. Мне страшно даже представить себе, как я это сделаю и что он будет думать при этом... Даже из квартиры в квартиру было страшно их перевозить, всё переживала, не напугаются ли. А тут такое... Но я точно знаю, что там, al di là, ему будет очень хорошо — лучше, чем у меня. Там очень хорошие, любящие и знающие руки, там у него будут друзья и подруги-жако, вольер на солнышке, много новых впечатлений и настоящая жизнь.
А Чарлик отправится к нашей знакомой под Петербург, так что, может, мы ещё увидимся. Чарлика отдавать жалко очень, не скрою. Я даже всё ещё сомневаюсь насчёт него, хотя, опять же, условия для него будут шикарные... но я буду очень по нему скучать :(.
Заканчивается двадцатилетняя история наших отношений. Бешеная центрифуга наших окаянных деней заставляет отрываться от корней. В голове крутится генрихманновское: "В этот день кончилась его молодость".
Наверное, это так.
