Источник

17 декабря 1837 года произошёл один из крупнейших пожаров своего времени, причём горело не что-нибудь, а Зимний дворец.

Из Википедии: Ещё за два дня до активного возгорания, в Фельдмаршальском зале у выхода в Министерский коридор начал улавливаться «дымный запах».

А я вообще не знала, что Зимний горел...

Обрабатываю фотографии Киева; много нового узнала. Например, оказалось, что князь Владимир был подсвечен в стиле «Звездных войн» задолго до появления на свет Джорджа Лукаса :). Оказывается, сия светлая идея пришла в чью-то голову буквально через несколько лет после установки памятника (который сам по себе вызывал ооооочень много споров), и крест изначально был оcвещён газовыми рожками.

После этого он резко перестал вызывать какие бы то ни было споры, я понимаю ))).

Против прославленного профессора экологии Стэнфордского университета Пола Эрлиха выступил мало кому известный профессор экономики Мэрилендского университета Джулиан Саймон. Он заявил: раз по мере исчерпания ресурса его цена растёт, то задолго до этого исчерпания наука и инженерия найдут способ заменить его чем-нибудь подоступнее и поэтому подешевле. А чтобы доказательство было нагляднее, Саймон предложил пари: цена любого сырья в ближайшие десять лет упадёт.

Эрлих принял вызов. Тем более что и условия пари были для него крайне выгодны. Он признавался победителем, если за десять лет подорожает хотя бы один из пяти выбранных лично им видов сырья.

Для пари Эрлих выбрал пять металлов — довольно редких и совершенно необходимых. Вольфрам — основа жаростойких сплавов, необходимых энергетике, и керамики для металлообрабатывающих инструментов. Медь — протянутые по миру провода: линии связи, электропередачи, электродвигатели... Никель и хром — нержавеющие стали, защитные покрытия. Олово — защита консервных банок и медной посуды. Всё это отрасли необходимые и быстроразвивающиеся. По мере их роста цена сырья обязана вырасти!

А через десять лет Пол Эрлих вынужден был публично заплатить Джулиану Саймону $10000 за проигранное пари. И никто из экологистов более не рискует этот вызов принять. Подвёл их технический прогресс.

В момент заключения пари цены всех выбранных Эрлихом металлов росли. Поэтому инженеры искали способы обойтись без дорогого сырья. И нашли.

Режущий инструмент теперь состоит в основном не из карбида вольфрама, а из корунда: окись алюминия составляет чуть ли не десятую долю земной коры, входит в любую глину, её запасов хватит миру на миллионы лет. По этой же причине алюминий потеснил медь из проводов. В системах связи медь сменило стекловолокно (сырьё — обычный песок). Слой олова на консервных банках стал тоньше в десятки раз — защиту их ныне обеспечивают прежде всего синтетические лаки. Усовершенствованы способы нанесения хромовых и никелевых покрытий: они стали плотнее — значит, можно их делать тоньше. Да и сплавы выработаны новые, с меньшей долей вольфрама, никеля, хрома.

Конечно, этих металлов на Земле не стало больше (разве что никелевые месторождения нашлись новые). Но потребляют их куда меньше. И цена соответственно упала. Не помогла Эрлиху даже инфляция, как раз в десятилетие знаменитого пари весьма ощутимая: выбранные им металлы подешевели намного заметнее бумажных денег.
(Отсюда).

Интересный сегодня день... может быть, единственный, когда большая часть населения может сказать, что делала ровно 9 лет назад.

Я тогда работала в газете «Школяр»; сидела в редакции одна, набирала и правила какие-то тексты, заглядывала и в Интернет. Потом ехала домой на метро до «Лесной», а потом на маршрутке. Когда я пришла домой, меня в прихожей встретил папа и сказал, что Всемирного торгового центра больше нет. Кстати, я тогда впервые узнала, что он был.

Славка тоже был на работе. Он увидел, что народ толпится около телевизора и пошёл тоже посмотреть. На экране самолёты влетали в небоскрёбы. Он подумал: «неплохая компьютерная графика», — и пошёл домой. Конечно, ничего удивительного не было в том, что в анимационной (тогда ещё) студии народ интересуется компьютерными роликами. О том, что это была натурная съёмка, он узнал дома.

Каким он раньше был.

В 1960 году Абебе Бикила из Эфиопии выиграл золотую олимпийскую медаль в марафоне, причём он бежал босиком. Изначально Бикила не планировал бежать босиком. На римской Олимпиаде обувь бегунам предоставляла фирма Адидас. Когда Бикила пришёл примеривать шиповки, оказалось, что осталось всего несколько пар, и ни одна из них не была ему полностью удобной. Поиски подходящей пары не увенчались для малоизвестного бегуна успехом, и за несколько часов до старта Бикила принял решение бежать босиком, как он нередко тренировался.
(c) Википедия.

Атауальпа, последний император инков, был захвачен в плен Франсиско Писарро, испанским конкистадором. Собственно захват был в духе «Марс атакует»: Атауальпа принимал гостей в своём городе, а они его раз — и в заложники. За своё освобождение Атауальпа дал выкуп, который поныне считается крупнейшей военной добычей в истории: по нашему времени, порядка семи миллиардов долларов. Испанцы золотишко взяли, а императора Атауальпу всё-таки убили. Однако выкуп, доставленный в Испанию, большого счастья казне не принёс: приток огромного количества драгметаллов (из Южной Америки вообще текла неслабая денежная струйка) подстегнул первую «революцию цен» и деградацию испанской экономики.

Потому что, как заметил Славка, золото, даже когда его очень много, несъедобно :(.

Ну надо же... Открыла для себя, что Степан Разин родился в станице, которая сейчас называется Пугачёвской, а называется она так потому, что в ней родился Емельян Пугачёв.

После казни Пугачёва станица —тогда Зимовейская — была переименована в Потёмкинскую и перенесена на другое место. Во избежание :). Пугачёвской она стала, разумеется, после революции.

Иван IV Грозный сватался к английской королеве Елизавете. Как и герцог Анжуйский, последний из Валуа. Елизавета была современницей Генриха Наваррского и Ивана Грозного. Однако когда мы думаем об Иване Грозном нам представляется какое-то дикое средневековье. Ну, никак не Шекспир и Бэкон, да? Иван Грозный незадолго до смерти неосмотрительно убил своего старшего сына, наследника престола. В итоге ему наследовал «слабый духом и телом» второй сын Фёдор, последний из московской ветви Рюриковичей. За ним бояре присягнули Борису Годунову. Сын Бориса, тоже Фёдор, отметился самым коротким в истории России царствованием, после чего был убит по приказу Лжедмитрия I. Елизавета умерла в 1603 году. А в 1606 году Марина Мнишек впервые привезла в Россию вилку.

Тут мы успели раньше многих (вилка путешествовала как бы с юга на север). Елизавета и Шекспир до вилки, вероятно, не дожили. А Лжедмитрия отчасти из-за вилки в итоге убили.

Не надо торопиться.

Вот такую книгу прочитала. Просто must have для психолога, я считаю.

Рудель — человек-легенда. 2530 боевых вылетов (в основном, на пикирующих бомбардировщиках). Награждён всеми мыслимыми наградами (самый «титулованный» фронтовик Третьего рейха, для него даже специально награды учреждали!). Уничтожил до чёрта целей (нашей боевой техники, в основном), в том числе, как говорит Википедия, 519 танков, 150 самоходных орудий, 4 бронепоезда, два крейсера, эсминец и линкор «Марат», и до кучи ещё 9 самолётов (правда, посчитали советского аса Льва Шестакова, который, преследуя Руделя, упал всё-таки сам). Был сбит 32 (!) раза, продолжал летать после неоднократных запретов самого Гитлера, тяжёлых ранений (из больницы просто уходил, помахав врачам ручкой), будучи больным желтухой, и даже практически сразу после ампутации ноги, с толком незажившей культей — когда никто не взялся изготовить ему протез прямо на свежую рану. Причём, одной ноги у него не было, а вторая на тот момент была в гипсе; к самолёту его носили на руках. За ним безрезультатно охотились все советские истребители; сцена, когда Рудель в сопровождении двух фокке-вульфов бомбит русскую танковую колонну, — маленький шедевр.

После войны Рудель некоторое время жил в Аргентине, где, от нефиг делать, покорил Аконкагуа, самую высокую гору обеих Америк (6962 м). А второй по высоте вулкан в мире, Льюльяйльяко, даже дважды. Это без ноги-то. Потом вернулся в Германию. НИКОГДА не отказывался от своих убеждений: немцам необходимо жизненное пространство на Востоке, а Гитлер — гений, недопонятый собственными генералами. Несмотря на это, привлекался к разработке Fairchild-Republic A-10 Thunderbolt II — конечно, сложно отказаться от такого специалиста, будь он хоть чёрт с копытами.

Если судить по его собственной книге, Рудель — псих. Ну, маньяк. Он туповат, медленно учится, с трудом закончил школу, тычет костылём в обезьяну в зоопарке. Он умеет только одно, зато уж в совершенстве: летать. Только в полёте он чувствует себя комфортно. Жена упоминается в книге, кажется, дважды: один раз в том смысле, что съездил, мол, домой в отпуск и там женился, а второй раз — когда лежал в больнице, его пришли навещать какие-то девушки-поклонницы, а там жена у его постели :). Размышлять о мировой (не)справедливости — это не к нему. Он взлетает, поражает цель, садится за линией фронта (это было ему категорически запрещено!) подобрать товарищей, возвращается на аэродром и снова взлетает. Он люто ненавидит коммунистов (то есть, всех воюющих русских) и, кажется, особо не считает их за людей, это просто цели, которые нужно поразить. К гражданским он совершенно равнодушен и с ними не воюет. Он с чувственным отвращением описывает советские города, советские деревни и советские дома. С пренебрежением — советскую авиацию. С некоторым пиететом упоминаются только сталинградские зенитчицы, ИЛ-2 и тот самый Лев Шестаков («Он был хорошим лётчиком, и я должен это признать»). Ему ничего не страшно, его сбивают — и он снова взлетает, как только добирается до самолёта, никакой рефлексии, никакого воображения, никакого, кстати, безрассудства: все риски оцениваются относительно трезво.

«Скажите вашему командиру, что мы принадлежим к полку "Иммельман", и, поскольку война сейчас окончена, а в воздухе мы не были побеждены, мы не считаем себя пленными. Немецкие солдаты, — отмечаю я, — не были разбиты, их просто задавили превосходящей массой». И всё в таком духе. Нужно быть действительно отмороженным, чтобы так вести себя в плену, просто страшно всё-таки, даже если у тебя есть некоторые основания брызгать ядом.

«В штабе воздушной армии нас сначала допрашивают три офицера Генерального штаба. Они начинают с показа фотографий, где запечатлены, как они утверждают, жертвы злодеяний в концентрационных лагерях. Поскольку мы сражались за эту мерзость, утверждают американцы, мы должны нести свою долю ответственности. Они не верят, что я никогда не видел концентрационных лагерей. Я добавляю, что если какие-либо эксцессы и имели место, то они заслуживают всяческого сожаления и порицания, и подлинные их виновники должны быть наказаны. ... Я не могу себе представить, что горы трупов, изображенных на фотографии, были сделаны в концентрационных лагерях. Подобное мы действительно видели, но не на фотографиях, а своими глазами, после воздушных атак на Дрезден и Гамбург, а также другие города, когда четырёхмоторные самолёты союзников без всякого разбора буквально затопили их фосфором и бомбами огромной разрушительной силы, в результате чего погибло бессчётное количество женщин и детей. И я уверяю этих джентльменов, что если они интересуются зверствами, то они найдут обильный материал у своих восточных союзников».

В общем, впечатление от книги мощное. Воздушные сражения, бегство от русских после посадки за линией фронта (очень драматический момент), вид сверху на Сталинградский котёл (такого описания Сталинградской битвы я больше нигде не видела), встречи с Гитлером и Герингом — и невероятный психологический портрет. Надеюсь, Сталлоне это читал перед съёмками Рэмбо. Конечно, плюс к этому — реальное возмущение и горькая обида за Красную армию. «Я напоминаю о событиях на Восточном фронте в последние года, когда русские пускали в сражение танк за танком; если три танковые дивизии не выполняли поставленную задачу, русские просто бросали десять, прорывая наш фронт за счёт громадных потерь в людях и технике».

Любопытнейшие военные мемуары. Странно, что у нас вообще такое печатают; всем читать, пока не запретили.