Он не прожил у нас и года. Он совсем нас не боялся, сидел на ладошке, забирался на Славкино плечо и пробовал его ухо на зуб. Он старательно ухаживал за своей кладовой, пополнял запасы. Бегал в колесе, выпрашивал яблочко, валялся в гамаке. Ещё позавчера.
Мы любили его. Его клетка стояла на нашем рабочем столе, он выходил побегать по нашим ноутбукам и пообследовать наши кружки.
Ему надоел покупной домик, и он спал, зарывшись в опилки под лестницей на второй этаж своей клетки. Там он и умер.
Свежие опилки, кедровые шишки, ягоды черники и наша любовь — всё это больше ему не нужно.
Мы погасили свет над клеткой, потому что больше в ней никто не живёт.
